Российская нефтянка – между молотом и наковальней

Валентин Катасонов 13.11.2019 15:21 | Альтернативное мнение 48
Фото: Skryl Sergey / Shutterstock.com

Нефтедобывающая промышленность России находится в крайне сложном положении. Причём ситуация может в ближайшее время ещё более усугубиться.

Между молотом и наковальней – так можно определить это положение. Причём под «молотом» я имею в виду то, что ресурсная база нефтедобычи близка к своему исчерпанию. «Наковальней» называю то искусственное положение отрасли, которое создано участием России в соглашении ОПЕК+ и которое грозит утратой нашей страной позиций на мировом рынке нефти.

Нет, я не сторонник того, чтобы Россия на веки вечные оставалась «экономикой трубы». Нефтяная промышленность жизненно необходима России для того, чтобы с её помощью обеспечить индустриализацию страны. Для индустриализации, как показывает советский опыт 1930-х годов, нужны инвестиционные товары (или, выражаясь по-старому, «средства производства», то есть машины и оборудование), которые можно приобрести на мировом рынке. Для импорта машин и оборудования нужна валюта. А основным источником валюты может стать экспорт углеводородов. А для этого, в свою очередь, необходимо поддерживать на должном уровне добычу чёрного золота и иметь рынки его сбыта. На протяжении более четверти века российская нефтяная промышленность работала «вхолостую». Нефть качали, вывозили, экспортную выручку получали. Но валюта по разным каналам утекала из страны – в офшоры и экономики западных стран.

Казалось, такой механизм перекачки чёрного золота и валюты будет работать вечно. Ан нет, скоро он может выйти из строя. Ещё до того, как мы, наконец, соберёмся проводить индустриализацию, перенаправив потоки нефтедолларов с офшоров на закупку инвестиционных товаров.

Теперь несколько подробнее о «молоте». До недавнего момента власти страны вообще не обращали внимания на то, что со времён Советского Союза реального приращения доказанных запасов нефти не было. Да, в СССР у нас была мощная геологическая служба (целое союзное министерство геологии плюс к этому министерства геологии в союзных республиках), почти каждый год открывались и ставились на баланс государства крупные и средние месторождения. В «демократической» России геология быстро пришла в упадок. А о состоянии ресурсной базы нефтедобычи простые смертные не имели никакого представления, так как запасы нефти были засекречены. В 2013 году правительство приняло решение о раскрытии данных. Минприроды сообщило, что в 2012 году доказанные запасы равнялись 17,80 млрд тонн. Выяснилось, что звание «нефтяная держава», которое Россия сама себе присвоила ещё в 90-е годы, – некоторая натяжка. Россия по показателю доказанных запасов нефти оказалась лишь на шестом месте в мире – после Венесуэлы, Саудовской Аравии, Канады, Ирана и Ирака. В 2014 году компания «Бритиш Петролеум» (ВР) подготовила обзор по мировым запасам нефти по состоянию на 2013 год. Эксперты ВР посчитали, что данные минприроды сильно завышены, и дали свою оценку – 12,74 млрд тонн. ЦРУ США, опираясь на свои специальные источники, представило ещё меньшее количество – 10,92 млрд тонн. Исходя из западных, более «консервативных» оценок, Россия по величине доказанных запасов оказывалась даже не на шестом, а на восьмом месте, пропустив вперёд такие мелкие государства, как Кувейт и Объединённые Арабские Эмираты (ОАЭ).

Российские чиновники квалифицировали подобные оценки как «происки Запада». Но вот в прошлом году правительство начало разрабатывать документ под названием «Стратегия развития минерально-сырьевой базы РФ до 2035 года». В декабре 2018 года Д. А. Медведев утвердил Стратегию. Несмотря на осторожные формулировки, из документа вытекает, что положение ресурсной базы страны даже хуже, чем «вражеские» оценки. Оказывается, что примерно две трети тех доказанных запасов, которые были обнародованы минприроды за пять лет до появления Стратегии, относятся к категории трудноизвлекаемых ресурсов. Прежде всего это сланцевая нефть, а также нефть шельфа, которую можно добывать с помощью специальных платформ. Получается, что к категории «рентабельных» можно отнести примерно треть первоначально заявленных минприродой запасов чёрного золота. То есть около 6 млрд тонн. А при такой раскладке Россия оказывается на последнем месте в топ-10 по запасам нефти.

Но это пока. При нынешних масштабах и темпах добычи (в прошлом году в России было извлечено из недр 556 млн тонн нефти) рентабельных запасов (если их не пополнять) хватит лет на десять. Сначала Россия вылетит из топ-10, затем – из топ-20, а затем и вообще останется без запасов рентабельной нефти. Сейчас основная часть добычи и экспорта приходится на месторождения Западной Сибири, где рентабельным является извлечение чёрного золота при мировой цене 40 и даже 30 долларов за баррель. Но это пока. «Нефтяные сливки» уже заканчиваются. На ведущих месторождениях региона – Самотлоре и Приобском – смесь, извлекаемую из недр, трудно назвать «сливками». Там нефти лишь 10%, остальное – вода и грязь. Через несколько лет останутся только вода и грязь.

Пиковое значение показателя добычи ожидается в 2021 году – 570 млн тонн. Начиная с 2025 года ресурсная база нефтедобычи перестанет справляться с нагрузкой, начнётся резкий спад добычи. Если верить документу, то до критической точки остаётся около 6 лет. Объём добычи из-за сужения ресурсной базы может сократиться до 310 млн тонн в 2035 году. То есть ожидается без малого двукратный обвал по сравнению с прошлым годом. В прошлом году Россия экспортировала сырой нефти в объёме около 260 млн тонн. А ожидаемое сокращение добычи за период 2018–2035 гг. – 246 млн тонн. Если исходить из того, что внутренние потребности останутся в 2035 году на уровне 2018 года, то получается, что излишков нефти для вывоза из страны не будет.

Вот такой «молот» для российской нефтянки. Да и не только для нефтянки, но и для всей российской экономики и государства. Ведь в последние годы, даже по данным Минфина России, около 40% бюджетных доходов формировались за счёт нефтегазовых доходов.

Теперь о «наковальне». Как известно, Россия в 2016 году присоединилась к ОПЕК и стала координировать свою нефтяную политику с этим межгосударственным картелем. Сейчас спрос на чёрное золото падает на мировом рынке. Члены ОПЕК и примкнувшие к ней страны (этот расширенный блок теперь обозначается как ОПЕК+) периодически заключают соглашения о сдерживании и даже снижении добычи, чтобы поддерживать приемлемые мировые цены на нефть. Главным игроком в ОПЕК является Саудовская Аравия. Главным игроком из примкнувших к организации стран является Россия.

Правда, Россия и Саудовская Аравия расходятся в представлениях о приемлемых ценах. Эр-Рияд говорит, что ему нужна цена 80 долларов за баррель. Москва готова довольствоваться 60 и даже 50 долларами. Эр-Рияд аргументирует свои повышенные запросы тем, что, мол, лишь при такой цене он может сбалансировать государственный бюджет. Неубедительная аргументация. Несмотря на мелкие и средние разногласия Эр-Рияда с Вашингтоном, первый по-прежнему остаётся верным и послушным союзником второго. Это не Эр-Рияду, а Вашингтону нужна цена в 80 долларов – для того чтобы США могли наращивать добычу сланцевой нефти, снижать зависимость Америки от импортной нефти и продвигать продукцию своей нефтедобычи на мировом рынке. По добыче нефти США уже несколько лет в топ-3 (наряду с Саудовской Аравией и Россией), а в этом году по ежесуточной добыче уже вышли на первое место.

По итогам прошлого года США оказались на восьмом месте по экспорту чёрного золота в мире. Темпы роста очень высокие. Согласно прогнозным оценкам, уже в 2019 году Соединённые Штаты могут оказаться на шестой или даже пятой строчке мирового рейтинга ведущих экспортёров нефти. Экспорт американской нефти этой осенью достиг 3,5 млн баррелей в сутки, а в ближайшие 3–5 лет, по прогнозу Citigroup, может удвоиться благодаря терминалам и сети трубопроводов от бассейна Permian к восточным портам, которые вводятся в строй в 2019–2020 гг. По оценкам Международного энергетического агентства (МЭА), в 2024 году США станут экспортёром № 2 после Саудовской Аравии.

И неоценимую помощь в этой нефтяной экспансии Америке оказывает ОПЕК+. И не только тем, что создаёт для сланцевой промышленности США комфортные цены. Но также тем, что страны, входящие в ОПЕК+, сокращают свои поставки нефти на мировой рынок, добровольно уступая место американским экспортёрам. С Саудовской Аравией всё понятно. Она зависима от Вашингтона и действует по его указке. Но нам-то зачем такое заведомо невыгодное соглашение с саудовцами? «Роснефть» не раз намекала на это. Но почему-то правительство РФ продолжает дружить с саудовцами в рамках ОПЕК+. Летом нынешнего года российский министр энергетики Александр Новак поставил свою подпись под соглашением о продлении сотрудничества России со странами ОПЕК; были определены целевые ориентиры по ценам и обязательства по квотам и размерам сокращения добычи. Соглашение с самого начала сомнительное для нашей страны. Не поэтому ли сейчас она его нарушает, причём достаточно по-крупному? Некоторые западные наблюдатели используют более крепкие выражения: игнорирует, бойкотирует, торпедирует.
Несмотря на многократные заявления главы минэнерго Александра Новака, который за последние три месяца пять раз обещал привести добычу в соответствие с оговоренным уровнем, по итогам октября российские нефтяники снова качали больше квот. Средняя добыча по итогам октября составила 11,23 млн баррелей. Это даже на 32 тыс. баррелей больше, чем в сентябре. Добыча в октябре была ниже базового (исходного) уровня на 168 тыс. баррелей в день вместо положенных 226 тыс. То есть обязательства Россией в октябре были выполнены лишь на 73%. В июле мы выполнили свои обязательства на 100%, но лишь потому, что вынужденно простаивал трубопровод «Дружба». В августе исполнение обязательств составило 53%, в сентябре – 88%. Отдуваться приходится Саудовской Аравии, которая перевыполняет свои обязательства, сокращая добычу на 140–160% по отношению к квоте. Когда-то, в середине 1980-х годов, Вашингтон потребовал от Саудовской Аравии максимально низких цен – для того чтобы обрушить экономику Советского Союза, которая стала сильно зависеть от экспорта чёрного золота. Если в ноябре 1985 года цены равнялись 31,5 доллара за баррель, то к апрелю 1986 года они обвалились до 9,8 доллара. Теперь Вашингтону нужны максимально высокие цены. Но нам-то зачем ему подыгрывать? Эксперты говорят, что пролонгация соглашения ОПЕК+ – игра России в поддавки со своим конкурентом и геополитическим противником.
Итак, если мы хотим сохранить шанс на экономическое возрождение России, нам необходимо сегодня начинать даже не с индустриализации, а со спасения «экономики трубы». Без «экономики трубы» нам – полная труба. И для начала надо вывести нефтянку из той опасной зоны, которую я образно назвал «между молотом и наковальней». Для этого требуется принять следующие две меры.

Во-первых, срочно начать работы по наращиванию ресурсной базы нефтедобычи. Следовательно, надо реанимировать совершенно захиревшую геологоразведку. Для этого нужны деньги. Они есть. Это Фонд национального благосостояния (ФНБ) – валютная кубышка, которая формируется за счёт нефтегазовых поступлений. Сейчас средств в ней существенно больше 7% ВВП (минфин прогнозирует, что к концу года будет вообще сумма, эквивалентная 10% ВВП). А положение о Фонде предусматривает, что по достижении 7-процентного «порога» средства ФНБ надо начинать расходовать. Чтобы ФНБ функционировал бесперебойно, следует поддерживать и развивать нефтедобычу. А для этого поддерживать и расширять ресурсную базу отрасли. Так что приоритетной статьёй расходов ФНБ следует законодательно утвердить разведку новых месторождений чёрного золота.

Во-вторых, выйти из соглашения ОПЕК+ (следующая встреча организации планируется в начале декабря 2019 года; российская делегация должна быть готова к тому, чтобы отказаться продлевать соглашение). Более того, нам следует если не наращивать, то по крайней мере не снижать экспорт чёрного золота и искать таких союзников, кто готов играть на нефтяном рынке на понижение. Сегодня такая игра диктуется стратегической задачей не допустить превращения Америки в маркетмейкера на мировом рынке нефти.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора