«НАЧАЛО КОНЦА» УГОЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ — ЕСТЬ ЛИ ВЫХОД?

Ирина Бойко 26.03.2020 22:20 | Экономика 97

Из-за истерии, нагнетаемой СМИ и самой общественностью по поводу ужасного и непобедимого коронавируса, в потоке информационного мусора затерялись куда более тревожные признаки очередного экономического кризиса.

На сообщения в стиле примитивных фильмов про апокалипсисы люди, почему-то, реагируют куда болезненнее, чем, например, на реальные скачки цен на энергоносители, от которых сейчас напрямую зависит уровень жизни населения. Так, на недавний обвал цен на нефть (по последним данным ниже 25$ за баррель) и последующий рост цен на бензин, а также на все остальные товары, российский гражданин ответил привычным бурчанием и тихим недовольством: «ну что поделаешь, первый раз что ли такая ситуация?!»

Наряду со всеми этими новостями кризис на мировом рынке угольной промышленности и вовсе остался незамеченным, хотя должен вызывать не меньшую озабоченность: уголь, наряду с нефтью и газом, является основным полезным ископаемым, на котором держится современная российская экономика. Однако сообщения СМИ, которые бьют тревогу уже не первый год, теряются в потоке истерического бреда…

«А ПОКУПАТЕЛЯ ВСЕ НЕТ…»

В ближайшее время на кузбасских шахтах «Алексиевская» и «Заречная» ожидается сокращение порядка 3 000 шахтеров из-за банкротства предприятий. АО «Шахта Алексиевская» находится в стадии ликвидации с 15 декабря 2017 года, АО «Шахта Заречная» — с 19 декабря того же года.
Как и в большинстве случаев, банкротство градообразующих предприятий ударило по обычным трудящимся, сначала оставив их без зарплат.

Первые проблемы с выплатами шахтерам начались с середины 2019. Июньскую зарплату рабочие сначала получили только на 16%, майскую полностью выдали лишь в июле. Впервые рабочие приостановили работы до погашения долгов еще 2 августа. Позднее горнякам погасили долги в размере 141 млн рублей, и то, после вмешательства Генпрокуратуры.

В ноябре 53 горнорабочих шахтоучастка «Октябрьский», входящего в состав шахты «Заречная», снова отказались работать из-за долгов по зарплате. Еще в сентябре всем работникам «Октябрьского» не выплатили порядка 13,767 млн рублей.

В декабре 2019 заявление о приостановке по 142 рабочие пишут вновь — на это раз 123 горняка шахты «Алексиевская» из почти 800, работающих на предприятии. Позже к ним присоединились коллеги с «Заречной», а также с углеобогатительной фабрики «Спутник», где работу приостановили 60 человек из более 200 сотрудников. На тот момент только за сентябрь долги по зарплате на «Алексиевской» составили 13 млн рублей, за октябрь — около 30 млн. В администрации Кемеровской области уверяли, что до 13 декабря вся задолженность перед рабочими будет закрыта, однако после сотрудники шахт получили только от 8 до 15% задолженности за октябрь.

«НАЧАЛО КОНЦА» УГОЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ — ЕСТЬ ЛИ ВЫХОД?, изображение №1

Дальше – веселее. В январе этого года стало известно, что на шахте «Заречная» намерены сократить почти 2,5 тыс человек, а на шахте «Алексиевская» собираются уволить порядка 500 человек. Уведомления о сокращении распространили еще в начале года, но, что самое интересное, не проставили дату, поэтому документ вполне можно считать незаконным.

«НАЧАЛО КОНЦА» УГОЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ — ЕСТЬ ЛИ ВЫХОД?, изображение №2

С конца 2017 «Алексиевская» и «Заречная» находятся в стадии конкурсного производства. Судьба предприятий, а вместе с ними и шахтеров, и жителей близлежащих районов теперь висит на волоске. Предприятия являлись градообразующими для Ленинск-Кузнецкого района Кемеровской области и города Полысаево. Однако, за два года купить предприятия никто так и не пожелал. И это даже несмотря на то, что в декабре цену только на имущественный комплекс шахты «Заречная» (с ш/у «Октябрьским», ОФ «Спутник» и железнодорожным хозяйством) сбили с 17 млрд и были готовы продать за 3,7 млрд рублей. Никого из «эффективных собственников», желающих инвестировать в угольною отрасль Кузбасса, не видно на горизонте.

Местные власти и правительство Кемеровской области, безусловно, понимают, что закрытие данных шахт означает, без малого, катастрофу для данного района: одна шахта „Заречная“ дает порядка 70% бюджета города. И тем не менее, чиновники не чешутся чтобы найти собственника, и стать им самим тоже не хотят: по их словам, на покупку шахт у них нет денег. Здесь требуются миллиарды, а годовой бюджет городского округа составляет всего чуть больше 300 млн.

Помимо приостановки работ шахтеры подавали официальное обращение Правительству Кузбасса с просьбой погашения долгов по зарплатам, однако в начале марта «многоуважаемые» чиновники ответили, что требование выплат за счет бюджета «несостоятельно», даже несмотря на то, что данный путь решения вполне легальный и предусмотрен законом о банкротстве, тем более что данное предприятие является градообразующим. Местные власти расписались в собственном бессилии, хотя могли ходатайствовать к губернатору Кемеровской области, который в свою очередь должен объявлять о проблеме Совету Федерации. Далее, уже Совет должен на основании текущей ситуации принять меры. Похожая ситуация была с «АВТОВАЗОМ» в Тольятти в 2010 году, который пытались обанкротить.

Помимо этого, на шахту «Заречная», где до сих пор работники сидят по 142 статье, привезли штрейкбрехеров. Понятно, что данные лица обычно работают за меньшую зарплату, но все же… Получается, что деньги у конкурсных управляющих шахт все-таки есть? Но их решили выплатить штрейкбрехерам, а не работникам.

О текущей ситуации на шахте «Заречная» газете «Рабочий контроль» рассказали работники шахты:

— Добрый день, расскажите о текущей ситуации на Вашей шахте?

— Добрый, пока продолжаем сидеть по статье 142 ТК РФ с 1 февраля.

— Ранее в СМИ проходила информация о забастовке на шахте. Вы бастовали из-за задержек зарплат, я правильно понимаю?

— Это была не совсем забастовка – приостановка работ по 142 статье. Сейчас задержки имеются еще с декабря, отдают только по 3-4 процента (это 500-1200 рублей). Задержка уже три месяца.

— Чем объясняют задержки зарплат?

— Уголь продали на сумму 1 млрд 650 млн, но с Москвы отдают «щепотками»: по словам конкурсного управляющего, 20 марта должны прийти 13 млн рублей, на следующей неделе – 14 млн. Чтобы погасить перед нами долг, например, за декабрь руководству надо выплатить нам 44 млн. Но шахта сейчас банкрот, продают отдельно оборудование и выплачивают нам по 3-4 процента, один раз даже 20 было.

— Какие действия предпринимали работники, подавали куда-нибудь обращения?

— И в прокуратуру, и в трудовую инспекцию, и в администрацию Кемеровской области, но везде отписки – они ничего не могут сделать, так как шахта банкрот.

— В СМИ пишут, что к вам прислали штрейкбрехеров из-за того, что вы приостановили работы.

— Да, да. Им даже наличкой выплачивают. У них и белая, и серая зарплата…

— Как реагирует на все происходящее ваш профсоюз?

— Профсоюз никак не реагирует, он полностью на стороне конкурсного управляющего.

26 марта заканчиваются торги, и 27 апреля, если шахту никто не купит (а ее скорее всего никто не купит), 2,5 тысячи человек попадают под сокращения.

— Получается, шахту собираются просто закрыть?

— Да, такая информация имеется. Вроде как, если до 27 апреля никто не найдется, то «Заречная» и ш/у «Октябрьский» должны отойти в муниципалитет, но это все под вопросом. Фабрика «Спутник», например, властям интересна гораздо больше, чем сами шахты. Власти приезжали, смотрели, проводили аудит, но остались, почему-то, недовольны «Заречной»… Скорее всего закроют, как и в Прокопьевске, где уже закрыли около 10 разрезов и шахт.. Скорее всего, поедем к Цивилеву в Якутию, у его у жены и брата шахты же шахты…

«НАЧАЛО КОНЦА» УГОЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ — ЕСТЬ ЛИ ВЫХОД?, изображение №3

А вот что рассказывают работники шахты «Алексиевская»:

— Расскажите о ситуации на шахте, по информации в СМИ была забастовка. В связи с чем?

— Забастовки на предприятии не было, была приостановка работы по 142 статье. На данный момент по 142 сидит практически 70% коллектива. Сейчас имеется задымление необработанной лавы. Также так как люди сидят по 142 статье, рабочая лава не имеет возможности «ехать», и ее выдают только комбайном.

В феврале бригадир лавы ходил к директору и предупреждал, что если до 1 марта выплаты зарплат не будет, то они люди уходят по 142 статье на вполне законных основаниях. Пришел он специально, за две недели, чтобы у директора была возможность подвести леса и закрепить лаву, тем самым обезопасив ее. Однако никаких действий со стороны руководства шахты не было предпринято. В результате, так как лаву во время не закрепили, ее уже нет возможности восстановить, потому что из-за давления земли (а сверху давит около 100 метров грунта и породы) поломались крепежные стойки.

18 числа приехавший на шахту конкурсный управляющий Максимов объявил, что с пятницы по понедельник (20-23 марта) всех сотрудников шахты нужно сократить. Его спросили: «каким образом?»

— Это сколько, получается, людей хотели сократить?

— Порядка 800 человек. Ему сказали, что водоотлив никак нельзя сокращать, иначе шахту затопит. И нельзя сокращать участок, отвечающий за вентиляцию. Таким образом, теперь уже уведомления о сокращении должны получить порядка 600 человек.

Скорее всего, шахту будут консервировать. Сейчас точно не известно, потому как шахта банкрот. Оставят только указанные участки.

Ранее «Алексиевскую», «Заречную» и «Октябрьский» продавали одним лотом, затем «Алексиевскую» отделили. По «Заречной» торги были, по нашей шахте нет. Ходит слух, что торги по «Алексиевской» должны быть в августе месяце, однако точной информации никто не знает. Складывается впечатление, что Максимов единолично решает судьбу предприятия.

18 числа к нам в область приезжали губернатор и министр угольной промышленности, но были в Прокопьевске, на шахтах СУЭКа, где сейчас таких проблем, как у нас, нет.

— Ранее Вы говорили о задымлении в шахте, скажите, из-за чего возникла данная ситуация?

— В шахте такое бывает: замкнутое пространство, порода окисляется из-за этого происходит возгорание. Вообще, это штатная ситуация, просто она возникла именно сейчас…

Шахту собираются консервировать, а работников сокращать. Получили уведомление, что сокращать будут в апреле месяце.

— С чем именно связана консервация? С нерентабельностью данной шахты?

— Нам с 2014 года никто ничего не объясняет. Ни какая толком зарплата за выполненный план, ничего. Директора последнее время меняются каждые два месяца…

Вообще, очень интересно, как это кузбасский уголь в одночасье перестал быть нужен. Ведь по мимо шахт закрываются и разрезы. По некоторым данным, скоро даже СУЭК собирается сворачиваться. Если все эти собственники позакрывают свои предприятия, то Кузбасс перестанет существовать. Разговоры о переобучении – все это «надувательство»: на кого собираются переобучать людей, отработавших до этого 30 лет в шахте?.. На губернаторов что ли?

СУЭК уже порядка 15 лет является лидером в угледобывающей отрасли России. По данным на 2018 год, компанией добыто 110,3 млн тонн
СУЭК уже порядка 15 лет является лидером в угледобывающей отрасли России. По данным на 2018 год, компанией добыто 110,3 млн тонн

На сегодня, общая задолженность перед шахтерами «Алексиевской» и «Заречной» уже превысила 100 млн рублей. Пока что сокращения перенесены на конец апреля, однако точной информации никто дать не может.

Ясно одно, ни Правительство Кузбасса, ни «эффективные собственники» с толстыми кошельками сейчас не заинтересованы вкладываться в угольную отрасль региона. Спрашивается – в чем причина? А вот тут, если копнуть глубже выяснится, что «Алексиевская» и «Заречная», по все видимости, — это только начало. Если все будет двигаться в том же направлении, в котором движется сейчас, под вопросом окажется не только судьба Кузбасса (напомню, что на 2017 год угольная отрасль составляла 36,6% в структуре валового регионального продукта и занимала 1 место, сейчас ситуация принципиально не изменилась), но и угольной промышленности как одной из ключевых отраслей российской экономики.

«НАЧАЛО КОНЦА» УГОЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ — ЕСТЬ ЛИ ВЫХОД?, изображение №5

«УГОЛЬНЫЙ КОЛЛАПС»

Еще в конце 2019 руководители кузбасских угольных компаний заявили, что завершают уходящий год с убытками и в 2020 намерены снижать объемы добычи угля. Мировые цены на уголь падают, и теперь предприятия несут убытки. Если за восемь месяцев 2018 года угольные организации области заработали 188,3 млрд прибыли, то за этот же период 2019 — 114,3 млрд. Доля убыточных организаций в угольной отрасли Кузбасса за 2019 год выросла: в 2018 их насчитывалось 25,8%, в 2019 — уже 48,3%.

И вот уже только за январь угледобыча в Кузбассе сократилась на 10,9% в сравнении с январём 2019-го. За январь 2020 года добыто около 18 миллионов тонн угля (открытым способом добыто 10,6 миллиона тонн, подземным — 7,4 миллиона). Угля энергетических марок добыто 11,6 миллиона, коксующихся — 6,4 миллиона.

По железной дороге стали перевозить меньше: среднесуточно отгружалось 7,648 тыс. полувагонов, что составляло 88,2% от необходимого плана. На экспорт ушло 9,8 миллиона тонн угля, металлургическим и коксохимическим предприятиям России — 2,7 миллиона, энергетикам — 1,5 миллиона тонн.

Углепереработка за январь 2020-го составила 14,6 миллиона тонн угля, что на 2 миллиона тонн меньше января 2019-го.

Если суммировать все сказанное в СМИ, получается, что основная причина угольного кризиса на Кузбассе – падение мировых цен на уголь, вследствие переизбытка предложения на рынке. К этому также добавляется резкая смена рынков сбыта (по последним данным, вектор переместился с европейского на азиатское направление в силу ряда причин), а также (какая новость!) проблемы с перевозкой сырья. Причем последняя проблема также включает в себя несколько: это как и неразвитая транспортная схема в регионе (причем в большей степени на то самое уже перспективное восточное направление), и, теперь уже, бойкот РЖД, из-за которого, как утверждается, сейчас не производятся выплаты шахтерам.

«По данным компании, заявки на перевозку угля, от реализации которого зависят не только выплата зарплаты, но и другие платежи, необходимые для поддержания жизнедеятельности шахты, практически не исполняются РЖД. Так, из плана перевозки января в 260 000 тонн, согласовано 74 000, в феврале из 150 000 только 15 000. Из заявленных в марте к перевозке 115 000 согласовано 19 000 тонн. Из-за этого, по плану гашения задолженности в январе вместо 78,11 млн рублей реально поступило 31,1 млн, в феврале вместо 161,6 млн — 47,1 млн, а в марте только 15 млн рублей. Причем, деньги поступают не сразу, а по мере исполнения контрактов, поэтому и задолженность гасится малыми частями»

С чем связано такое поведение РЖД — не понятно. Причина ли тому банкротство шахт, или нет – неизвестно, но выглядит данная ситуация очень странно, учитывая, что даже в нынешнем положении шахты-банкроты добывают уголь по плану.

Теперь вернемся к глобальным проблемам. Как уже было сказано, к нерентабельности шахт привело падение мировых цен на уголь и переизбыток предложений на рынке вследствие большой добычи за последние годы. Сравним только для «Заречной», которая добывает уголь энергетических марок. Цены на данный уголь на мировых рынках за предыдущий год сократились вдвое: со $120 за 1 тонну угля в июле 2018 года до $66 за тонну в августе-сентябре 2019 года.

Касательно смены рынков, то здесь уточняется, что тёплая зима и дешёвый газ урезали перспективы для кузбасского угля. Именно поэтому сейчас перспективным направлением стало восточное – Китай, Индия, Бангладеш, Япония, но на данное направление просто не успели перестроиться.

Вот так вот все просто.

«Несмотря на то, что мы понимали, что это происходит — тенденция в изменении рынка, мы на неё вовремя не отреагировали. Мы говорили об этом, программы писали, но до конца не успели их исполнить. И рынок плавно перетёк из Европы в Азию и стал там премиальным. А мы не успели под него построиться и попали под давление рынка», — заявляет губернатор Кемеровской области Сергей Цивилев.

Хочется задать вопрос многоуважаемому губернатору: а чем тогда занимались власти Кемеровской области? Разве планирование стратегии региона и выработка мер по предотвращению коллапса на местном уровне не является прямой обязанностью местных властей? Или они даже не собирались «переориентироваться»?

Перспективы восточного направления сейчас остаются под вопросом. Очевидно также, что «нерентабельными» угольные шахты стали по объективным глобальным причинам, которые всегда будут иметь место при нынешней системе экономических отношений. Однако, власти переложили с себя ответственность на внешние причины, не обеспечив внутренний рынок сбыта. Они прекрасно понимали перспективы такой обстановки, но сознательно не предприняли никаких мер по оздоровлению ситуации. Почему? Может быть, чтобы расчистить место для транснационального иностранного капитала? Почему бы и нет – ведь это уже постигло другие отрасли нашей экономики, а теперь подвернулись такие удобные и легальные поводы «добить» угольную отрасль.

Даже элементарный анализ открытых источников вызывает массу вопросов: уже минимум 5 лет идет мировая тенденция на снижение потребления угля в качестве топлива, однако Российское Правительство упорно продолжало наращивать добычу, прекрасно зная, что основная доля добытого угля идет на экспорт, а значит и основная доля прибыли, которую получают частники – это прибыль от поставок за рубеж. На внутренний рынок у нас идет очень малая часть. Основные потребители — химическая промышленность и металлургия – уничтожены, и колоссальные объемы угля оставшимся хим. заводам не нужны. ТЭС сейчас вытесняются другими игроками на энергетическом рынке, причем решается данный вопрос в большей степени не по принципу целесообразности и эффективности для нужд потребителей, а по принципу «что быстрее окупится».

Проанализируем открытые источники.

Доклад министра энергетики А.Новака на XVIII Международном конгрессе по обогащению угля в 2016 году:

«Основной потребитель угля в мире Китай снижает объемы использования угля в энергетике (в 2015 году более чем на 4%), происходит остановка угольных блоков. Два года подряд снижается импорт угля Китаем (в 2015 году на 31%). Китай в конце 2015 года приступил к реализации программы реконструкции угольной электрогенерации, и страна больше не планирует роста потребления угля».

Конечно, возможно, что за 5 лет Китай «изменил свое мнение» (однако, учитывая упор на атомную энергетику, в это слабо верится). Естественно, на восточном направлении остаются и другие игроки, но вот что говорится далее в том же докладе:

«Оценивая конъюнктуру угольного рынка, отмечу беспрецедентно долгосрочное падение цен на уголь. С 2011 года цены на энергетический уголь на европейском и азиатском рынках снизились с 130 долл. до 49 долл. за тонну, или более, чем в 2,5 раза. Аналогичная тенденция наблюдается на рынке коксующегося угля и кокса.

Согласно прогнозам, представленным в последних аналитических обзорах Международного энергетического агентства (МЭА), рост мирового спроса на уголь к 2020 году в лучшем случае составит 0,8 % в год. Его, прежде всего, будут определять Индия и страны АСЕАН (правда, их суммарный угольный рынок в 4 раза меньше китайского)».

Напомню, что написано это в 2016 году. Еще тогда было прекрасно известно и по поводу европейского рынка: Евросоюз с 2013 года сокращал потребление угля — на 9,2% в 2015 году против уровня 2012 года. Аналогичная ситуация происходила уже тогда и в США, где с 2010 сократили объемы производства угля более чем на 150 млн тонн. Очень внезапно европейский рынок стал не перспективным для российского угля, не так ли?..

А что происходило на российском угольном рынке все в том же 2016? Точно также в результате сокращения потребления и переизбытка добытого угля, цены упали, многие шахты стали нерентабельными. Причем речь шла не о старых предприятиях, а об относительно новых, которые еще недавно работали хорошо, но из-за резкого падения спроса ушли в минус.

Из-за этого начались массовые сокращения и закрытия предприятий: с 2014 по 2016 под сокращения попали порядка 15 тысяч работников угольной отрасли, затем еще порядка 10 тысяч. Более того, людей оставляли без работы по всей стране: Кузбасс, Хакасии, Печорский и Ростовский угольные бассейны (тот же не безызвестный «Кинкгоул» обанкротился как раз в 2015-2016 гг).

Как видно, сейчас ситуация повторяется.

«С 2011 года происходило активное наращивание объёмов добываемого угля. Цены тогда выросли, но продержались на высоком уровне очень недолго, потом было пять лет падение: с 2011 по 2016 год, и в этот момент была тяжёлая ситуация… Потом был пик мировых цен 115 долларов за тонну. Сейчас цены находятся около 70 долларов(данные на 25 ноября2019)», — комментировал текущую ситуацию председатель правления ОАО АБ «Кузнецкбизнесбанк» Юрий Буланов в конце прошлого года в СМИ.

В целом, за прошедшие 10 лет (с 2009 по 2019 год) объем добычи российского угля вырос более чем на 30% до 440 млн т.

Как мы увидели, с одной стороны власти (причем на федеральном уровне) прекрасно знали о существующих мировых тенденциях на цены на уголь и понимали, что ожидается неминуемое падение, но тут же в августе 2019 предусматривали увеличение объема добычи до 550—670 млн тонн к 2035 г. и планировали развитие шахт как и в Кузбассе, так и в Хакасии, Якутии, Туве и Хабаровском крае. Спрашивается: в чем подвох? А вывод напрашивается ровно следующий: власти сознательно подвели угольную отрасль «под нож».

«НАЧАЛО КОНЦА» УГОЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ — ЕСТЬ ЛИ ВЫХОД?, изображение №6

ВЕЗДЕ ОДНИ И ТЕ ЖЕ ПРОБЛЕМЫ

В качестве последнего аргумента, подтверждающего глобальность угольного кризиса, покажем, как обстоят дела на предприятиях из других регионов.

Уже упоминалось что на самом Кузбассе закрываются не только «Алексиевская» и «Заречная». Так, по непроверенной информации, к закрытию готовятся шахты «им. Кирова» и «Комсомолец». На шахте «Кыргайская» с начала февраля снизили зарплату на 20% из-за дешевого угля, а значит, в скором времени, и это предприятие может стать банкротом. Массово закрываются в разрезы– в Киселёвске уже из 9 разрезов работают только 2. По некоторым данным, финансовых возможностей у угольных компаний Кузбасса осталось на два года.

В начале марта работники «Интауголь» в Коми начали готовиться к проведению митинга и забастовки из-за задолженностей по заработной плате, накопившейся с декабря прошлого года. Ранее предприятие пережило сокращения. Данная шахта точно также признана убыточной из-за отсутствия сбыта угля.

Уже больше года не решаются проблемы с зарплатами на украинских шахтах, где суммарно долги перед шахтерами уже превысили порядка 600 млн гривен. Шахтеры и их жены постоянно устраивают акции протеста: выходят на митинги, перекрывают дороги, устраивают точечные забастовки. Ситуация, например, на шахте «Краснолиманская» в Донецкой области точь-в-точь повторят ситуации на «Алексиевской» и «Заречной» — власти также отказались выплачивать шахтерам долги и перевели шахту в режим простоя. Каковы причины отсутствия денег и банкротств – все те же: низкие мировые цены на уголь.

Аналогичная ситуация с постоянными невыплатами и задержками зарплат происходит сейчас на шахтах ДНР/ЛНР. Формально на 2/3, а по факту без денег, сидят рабочие шахты «Комсомолец Донбасса», где после ареста директора Вашуры, на которого власти уже свалили всю ответственность за невыплаченные зарплаты, ситуация только ухудшилась (при «красном директоре», который и выбивал зарплаты шахтерам, люди видели хотя бы большую часть своих денег, сейчас же производство в простое и задержка зарплат уже с января).

Все по тем же глобальным причинам снизился объем добычи и на шахтах в Грузии, что точно также привело к невыплатам зарплат и явилось одной из причин забастовок на шахте «Дзидзигури» в Ткибуле.

«НАЧАЛО КОНЦА» УГОЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ — ЕСТЬ ЛИ ВЫХОД?, изображение №7

ВЫХОД – ТОЛЬКО САМООРГАНИЗАЦИЯ И БОРЬБА!

Спасением для Кузбасса «эксперты» считают переориентацию на другие отрасли экономики, дабы регион не был зависим от одного угля. С одной стороны, системное развитие экономики, естественно, должно быть. Однако, тут опять же возникают вопросы.

На какие отрасли экономики предлагается переориентироваться? Почему именно на них? Уверены ли «эксперты», что уже через год ситуация на мировом рынке опять не изменится, данные отрасли уже будут «не в тренде», и надо будет вновь искать пути решения проблемы? Как в данной ситуации будут переобучать тысячи работников угольной промышленности?

Если речь идет о переориентации на новые отрасли, очевидно, что потребуется подготовка новых специалистов или переобучение работников других отраслей. Потребуется (в любом случае) развитие инфраструктуры. Все это – финансовые затраты, которые, скорее всего, достигнут миллиардов. На это, опять же, нужны средства. Если нет финансов на поддержание и развитие угольной отрасли, как можно ставить вопрос о развитии других отраслей. Получается, на что-то деньги есть, а на что-то — нет? По каким критериям тогда определяется, во что надо вкладываться, а во что — нет?

Очевидно, что капиталисты инвестируют туда, где можно получить выгоду в данный момент. Прибыль – вот что интересует частный собственников. Такой ли интерес и у нас, трудящихся? Естественно, нет.

Способ решения проблемы, который существует и лежит на поверхности, никогда не будет воплощен российскими капиталистами. Речь идет о восстановлении химической и металлургической промышленности – основными сегодняшними потребителями угля.

Уголь в качестве сырья для ТЭС, вероятно, в ближайшем будущем потеряет свою актуальность, так как данный вид энергии будет вытесняться другими, более эффективными. Однако в химической промышленности уголь так и останется основным сырьем, на ближайшее время уж точно.

Здесь опять же встает вопрос о комплексном развитии нашей промышленности, однако в этом не заинтересовано наше правительство, которое является лоббистом иностранного транснационального капитала, о чем нам свидетельствуют все 30 лет бурного «вставания с колен». И точно такая же судьба у стран СНГ – все вместе, под давлением иностранных корпораций, мы стремительно катимся из полуколониального положения в колониальное, и скоро уже ничем не будем отличаться от какой-нибудь Индии. Правда, если трудящиеся сами позволят это сделать.

«НАЧАЛО КОНЦА» УГОЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ — ЕСТЬ ЛИ ВЫХОД?, изображение №8

Даже сегодняшнюю ситуацию, не внушающую оптимизма, можно изменить в пользу трудящихся.

Так предотвращение закрытия шахт «Заречная» и «Алексиевская» может произойти только при организованных действиях коллективов шахт.

Объединиться в профсоюз или стачкоммассово и показательно выйти из «желтых» профсоюзов, блокировать работу штрейкбрехеров, коллективно оказать давление на массовые и федеральные власти при помощи постоянных обращений, пикетов, митингов, продолжения приостановки работ — все эти действия, вместе с протестами местных жителей, которые также заинтересованы в сохранении градообразующих предприятий, смогут заставить власти выполнить требования работников.

Причем наряду с требованиями погашения задолженностей и сохранения предприятий, необходимо введение рабочего контроля на местах. Частные собственники уже неоднократно показали свою неэффективность в управлении предприятиями. Именно поэтому шахты должны находиться под контролем тех, кто заинтересован в их развитии – под контролем шахтеров.

Если проблему на конкретной шахте сможет решить конкретный коллектив, то проблему угольной отрасли Кузбасса решит объединение таких коллективов, а на федеральном уровне – объединение с шахтерами из Коми, Хакасии, Хабаровского Края, Ростовской области и тд.

Только массовая рабочая кампания может заставить власти создать условия для сбыта угля в стране. Более того, в создании внутреннего рынка сбыта (и даже в рамках СНГ), увеличении цены рабочей силы, введении рабочего самоуправления заинтересованы как российские шахтеры, так и шахтеры на Украине, и в ДНР/ЛНР, и в Грузии и т.п. Что бы не плела российская пропаганда – проблемы трудящихся везде у всех одинаковые. И враг один – капитал, не важно какой стране он принадлежит – России, Украине, ДНР или… США с ЕС…

Именно с самоорганизации трудящихся на местах может начаться восстановление угольной отрасли. Рабочая солидарность и борьба – вот путь решения проблемы.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора

Популярное за неделю